Ваша корзина: (0) - 0 руб.
| Экспертный совет

История открытия чароита и других минералов

Сиреневое чудо Сибири

Территориально место находки чароита приурочено к юго-западной окраине Алданского щита В административном отношении этот участок располагается непосредственно на границе Якутии и Иркутской области. Пограничное положение этого уникального объекта иногда приводит к тому, что люди, мало знакомые с географией региона, утверждают, что таких мес­торождений два, соответственно по одному в Якутии и в Иркутской облас­ти. В действительности же месторождение чароита одно и залегает на водо­разделе рр.Токко и Чара занимая площадь в 10 км2. Благодаря изумительной сиреневато-фиолетовой окраске чароититов — главной породы, слагающей месторождение, оно получило название «Сиреневый камень».

В геологическом плане месторождение располагается в непосредствен­ной близости к экзоконтакту одного из самых крупных мезозойских ще­лочных массивов Алданского щита — Мурунскому, площадь которого — 130 км2. Отличительной особенностью массива является его калиевая специализация. Аналогичные по составу массивы в мире встречаются достаточно редко и известны лишь в Австралии, США (Калифорния) и в Европе на острове Корсика. Для всех массивов этой группы характерно высокое со­держание щелочей, сумма которых значительно превышает содержание глинозема, а также существенное преобладание КгО над Na2O.

Весьма специфична и геохимическая специализация пород как самого массива, так и сопутствующих ему преимущественно метасоматических образований, располагающихся по периферии массива Для последних характерно повышенное содержание таких элементов, как Ва, Sr, Ti, Zr, что в свою очередь приводит к появлению в их составе ряда редких, необычных минералов, многие из которых, как показали дальнейшие исследования, оказались новыми, впервые встреченными на земном шаре только в зоне развития чароитовой минерализации. Минералы, присутствие которых устанавливается в чароититах, могут быть разделены на четыре группы.

Группа уникальных новых минералов: тинаксит, чароит, токкоит, франкаменит, мурунскит.

Группа крайне редко встречающихся минералов: федорит, агреллит, делиит, даванит, калиевый батисит, стисиит.

Группа менее редких минералов: мизерит, пектолит, апофиллит, бенстонит, а также рудные минералы: джерфишерит, идаит, талкусит, галенит, халькопирит, борнит, халькозин, самородные медь, золото, серебро, минералы платины и палладия.

Группа обычных широко распространенных минералов, содержание которых в чароитосодержащих породах может подниматься в отдельных случаях до 60-90%. В их число входят кварц, калиевый полевой шпат (ортоклаз, микроклин), а также эгирин и щелочной амфибол.

Ценность самоцвета определяется основными характеристиками: кра­сотой, стойкостью, редкостью.

Красота обусловлена обликом камня в обработанном виде, блеском, различными оптическими свойствами, цветом, прозрачностью, если мине­рал прозрачный (существует выражение — «камень чистой воды»), рисун­ком, если не прозрачный.

Стойкость камня зависит от его твердости, устойчивости против влаги, химических веществ, механической прочности, вязкости, постоянства окраски и прозрачности.

Редкость определяется тем, что большинство самоцветов характеризует­ся малой распространенностью на нашей планете, количество месторожде­ний их крайне ограничено, поэтому почти все прозрачные самоцветы (кроме прозрачных алмазов) получены искусственно, в настоящее время ос­воен их промышленный синтез.

Если с этих трех позиций рассмотреть чароит, то о красоте в заключении экспертной комиссии камнеобрабатывающих предприятий упоминается: камень хорошо обрабатывается и приятно выглядит в крупных декоративных (вазы) и мелких изделиях, плоских и кабошонированных (выпуклых) вставках для бро­шей, колец, кулонов. Лучшая форма огранки — кабошон. Основное качество — это высокие декоративные свойства, обусловленные, с одной стороны, разнообразными оттенками фиолетовой окраски и рисунками, и с другой - отличной по­лировкой, в результате чего он приобретает зеркальный блеск. Особенно хороши кабошоны. На выпуклой кабошонированной поверхности отдельные волокна минерала неповторимо прекрасны, благодаря атласному, шелковистому, участка­ми перламутровому отливу. Из-за разнонаправленного расположения в пространстве отдельных пучков волокон на кабошонированной поверхности созда­ется впечатление объемности, глубины. Неповторимые и своеобразные узоры обусловлены радиально-лучистым, звездчатым, параллельным расположением волокон. Включения кварца, полевых шпатов, зеленых иголок эгирина придают камню своеобразие, чароит как бы струится, обтекает их.

Механическая высокая прочность является характерной чертой чароита. Стойкость окраски лазурита арабы в древности проверяли огнем. «Лишь тот ляджвар (по названию месторождения на Памире -Ляджвардаринское) настоящий, что неделю пробудет в огне и не изменит евоего цвета».

Чароит при высоких температурах (около 1000° С) сплавляли в стеклян­ный шарик, окраска которого оставалась сиреневой.

И наконец, по третьему пункту — на сегодня известно одно месторожде­ние - Мурунские гольцы.

Условия образования его необычны, он связан с породами, для которых характерно высокое содержание калия, такие породы сами по себе на земном шаре встречаются редко.

- Что такое чароит, минерал или порода? - спрашивают многие любите­ли камня, рассматривая светло-сиреневый с нежным шелковистым отливом минерал, тонкие волокна которого переплетаются, образуя сплошные массы, обособляются в виде параллельно-волокнистых агрегатов, разрастаясь до десятка сантиметров, участками группируются в звезды, рассеянные на фо­не тонковолокнистых скоплений. Волокна чароита оконтуривают, огибают зерна кварца, полевых шпатов, обломки мелкозернистой белой сахаровидной с включениями зеленых иголок эгирина полевошпатовой породы.

Все вместе называется чароитовая порода. Если включений мало и рез­ко преобладает сиреневый минерал, то порода называется чароитит, а сам минерал назван чароитом по месту находки, реки Чары в Якутии.

Чароит — новый ювелирно-поделочный камень, который по своим декоративным качествам, хорошей полируемости занял достойное место среди таких камней, как лазурит и нефрит, издавна известных человеку. Время не сохранило имен тех, кто открыл и назвал эти камни, первым применил их в быту. История чароита только начинается. Находка была случайной, если не считать многих лет упорной работы геологов в суровых условиях Крайнего Севера и среди них такого неутомимого, всей душой преданного геологии, как В. Дитмар. Это его отряд трудился в далеких Мурунских гольцах в послевоенные горы, шаг за ша­гом исследуя необжитые таежные и горные просторы. Страна восстанавливала свое хозяйство после войны, было много трудностей у всего народа, они косну­лись и геологов. Поиски длились три года, за короткое северное лето не успева­ли опоисковать намеченную площадь и обработать собранный материал, оставались и работали зимой, оторванные от ближайших населенных пунктов на сотни километров. Связь с внешним миром — пеший переход по гольцам и бо­лотистой низине со связкой оленей. И сейчас на месте стоянки отряда геологов из Ленинграда сохранилась маленькая приземистая избушка — домик Дитмара. Ручей и распадок на геологических картах также назван Дитмаровским.

Глыбы сиреневых пород были отмечены на карте. Сиреневая, на выветрелых поверхностях, белесая сланцеватая порода по облику напоминала тремолитовый сланец. Так глыбы ее были обозначены и на геологической карте. О работах отряда Дитмара вспомнили в 1959 году, когда в районе проводилось последующее геологическое изучение. Вспомнил о Мурунских гольцах старейший геолог Вос­точной Сибири, умный, знающий специалист, талантливый организатор, душев­ный человек А. М. Бильтаев, по совету которого в площадь поисковых работ геологической партии были включены и Мурунские гольцы. В геологических ис­следованиях теперь участвовали не горстка людей, а большой и дружный коллек­тив, был выстроен поселок, с аэродромом в лесу. На базе партии организовали минералогическую лабораторию, шлифовальную мастерскую.

Это было крайне необходимо, так как породы Мурунского массива были сложные по составу. Изучая интрузивные породы, выявила своеобразные псевдолейцитовые разности, которые оказались второй находкой в мире, моя статья была опубликована в докладах академии наук СССР в 1965 г, в этих же породах обнаружила своеобразный акцессорный циркониевый минерал вадеит, для изучения химического состава которого пришлось отбирать под

бинокуляром 1 грамм кристалликов. Чтобы получить такое количество пришлось раздробить десятки килограммов породы, так как он встречается в виде мелких, видимых только под микроскопом, кристалликов размером до 0,01 мм и менее. После изучения его выяснилось, что он является редким минералом, первая находка его была сделана в Австралии, вторая в породах Кольского по­луострова и третья — в псевдолейцитовых породах Мурунского массива.

В пегматоидных разностях сиенита был установлен ещё один редкий минерал — калиевый лабунцовит — вторая находка в мире, минерала было так мало, что пришлось его анализировать микрохимическим анализом в ВИМС'е (г.Москва). В изучении редких пород Мурунского массива мне всегда помогала петрограф нашей экспедиции Эрна Фрицевна Бойтман. Рентгеноструктурные исследования этих двух редких минералов в породах выполнены Галиной Александровной Сидоренко (ВИМС), микрохимичес­кий анализ калиевого лабунцовита и других минералов выполнены Ниной Никитичной Кузнецовой. По новым правилам — калиевый лабунцовит из-за высокого содержания в нем калия можно считать новым минералом. В этом случае находка его на Муруне будет первой в мире.

Коллектив партии был в основном молодежный, многие геологи, и мы в том числе, только что, два года назад, закончили Иркутский горно-металлургический, так назывался тогда Иркутский политехнический институт. В дружном молодежном коллективе работается легко, трудности не пугают, а придают силу и желание преодолевать их. Рабочий день начинался с вос­ходом солнца и заканчивался, когда было уже совсем темно. Анализы надо было выдавать быстро, чтобы геологи вовремя могли корректировать поис­ки. Иногда глаз от микроскопа уставал настолько, что, выйдя из лаборато­рии, какое-то время ничего не видишь — идешь домой чуть ли не на ощупь. В такой вот поздний час летом 1960 года возвратились из маршрута геолог Юрий Рогов и техник-геолог Володя Никитич. Прямиком направились в минералогическую лабораторию — принесли образцы необычной породы редкостного сиреневого цвета. Глыбы этой породы они нашли вблизи доми­ка Дитмара. В сиреневой массе различались удлиненные призматические кристаллы медово-желтого минерала, блестели мелкие свинцово-серые, латунно-желтые включения сульфидов, для диагностики которых необходимо было тщательно отполировать образцы. Опыт после окончания института у меня был еще небольшой, такую породу я увидела впервые - она меня за­интересовала, и на другой же день попросила моего лаборанта Катю Федо­рову сделать шлифы и полировки. Катя умела делать все быстро и хорошо, работала весело и всегда с шуточкой. Мне было не до шуток, не терпелось поскорее узнать, что это за минерал.

Диагностика прозрачных минералов осуществляется довольно быстро с применением иммерсионных жидкостей. Обломки минерала на стекле последовательно погружают в жидкость с разными показателями преломления до тех пор, пока границы минерала и жидкости под микроскопом станут неразличимыми. Это значит, что показатель преломления минерала по своему значению совпал с показателем преломления жидкости. После определения других оптических констант минерала, по их характеристикам минерал отыскивают по справочнику. Какое чудо, из 1500 минералов, имеющихся в справочнике, ни один не подходил к найденным минералам. Не может этого быть! Проверила все еще раз, ошибки нет. Наконец-то полировки и шлифы были готовы, а что в них? С по­верхности невразчный камень в полированном виде удивил нас своей красотой. Параллельно-волокнистые агрегаты его с шелковистым отливом причудливо из­гибались, образуя неповторимые узоры. А в шлифах калиевый полевой пшат оп­ределился сразу, темно-зеленый эгирин также. А эти два? Я их никогда раньше ни в институте, ни на работе не видела, свойства их весьма своеобразны, не может быть, чтобы они были кем-либо пропущены, а если их никто до меня не иссле­довал и это новые минералы, сразу два! Тут же вспомнила случай, который про­изошел со мной недавно. Так же в пробах геологов нашла минерал, свойства которого в имеющейся у меня в партии минералогической литературе не описа­ны. Наверное, новый, подумала я, разволновалась, проверила еще раз его свой­ства, не спала всю ночь от волнения. Едва дождалась очередного отпуска, чтобы съездить в Москву и там проверить, нет ли его в числе минералов, открытых в последние годы. В библиотеке института геологии, минералогии и рудных место­рождений - ремонт. Как быть, как проверить, известен ли минерал? Рассказала библиотекарю, что мне нужно. Несмотря на ремонт, она впустила меня в поме­щение, и после долгих поисков я обнаружила, что за год до меня этот минерал был найден в Габоне (Африка) и впервые описан французскими учеными, кото­рые назвали его в честь Франции - франсевиллит. В составе минерала всего че­тыре элемента: уран, барий, свинец, ванадий и вода. Он желтый и хрупкий. Что­бы сделать химический анализ надо отобрать под бинокуляром чистых, без всякой примеси кристалликов, чтобы их в навеске для анализа было не менее 1 грамма. Задача трудная, так как он образует микропрожилки в породе, мелкую вкрапленность и надо просмотреть десятки образцов, чтобы набрать этот 1 грамм. Химический анализ показал, что в мурунском франсевиллите барий значительно преобладает над свинцом, а значит он является конечным членом ряда бариевых и свинцовых ванадатов урана, а минерал, открытый французским ученым по составу является промежуточным членом этого ряда. (Надо заметить, что конечный член этого ряда - свинцовый франсевиллит пока ещё не найден в природе). Я назвала мой минерал баристый франсевиллит. Это была вторая на­ходка в мире. Через некоторое время в минералогии появилось правило, которое учитывало также соотношение между барием и свинцом в минерале. В соответ­ствии с этим правилом мурунский минерал имеет право на свое название (при желании автора) не связанное с франсевиллитом, так как он является конечным бариевым членом ряда, а значит сам франсевиллит - только один из промежу­точных членов этого ряда.

Позднее, после нашей публикации, французкие ученые разволновались и в своей статье написали, что у них тоже имеются разности франсевиллита с более высоким содержанием бария.

Статью по этому минералу я отправила в редакцию журнала, и вскоре ее опубликовали. А есть ли описание этих двух минералов в литературе последних лет? Значит, снова надо брать осенью отпуск и — в Москву. Но сначала их надо изучить детально, определить химический состав, провести рентгено-структурные исследования, а материала, который принесли Ю. Рогов и В. Ни­китич мало. Надо сходить к домику Дитмара и самой набрать этих минералов для проведения всех исследований. Решено, и на другой же день, вместе с Ю. Г. Роговым и главным геологом партии В. Я. Горстом мы отправились за образцами. Я набрала желтый и сиреневый минералы в количествах, достаточ­ных для проведения всех анализов. После полевого сезона началась работа в лаборатории. Химический и рентгеноструктурный анализы сделаны, они подтвердили правильность выводов в поле: минералы новые! Нужно их опи­сать и представить в Комиссию по новым минералам для утверждения. Статья с описанием минералов готова, и я снова в отпуске, снова в Москве. Просмо­трела все сведения о минералах, открытых в послевоенные годы. Аналогов не нашла. Сиреневый минерал по составу оказался сходным с недавно открытым М. Д. Дорфманом в Хибинских тундрах канаситом, но отличался от него по данным рентгено-структурных исследований.

Комиссия по новым минералам состоит из двух групп минералогов, работающих в Москве и Ленинграде. Я передала описание новых минералов Москов­ской группе, показала образцы. Материалы были рассмотрены, и Комиссия рекомендовала после утверждения опубликовать желтый минерал, который я на­звала по составу «тинакситом» (от начальных букв химических элементов: ти -титан, на - натрий, к - калий и кальций, си - силициум, буква «Т» - на кон­це элемента не означает, а приписывается к названиям минералов по традиции).

Мнения о сиреневом минерале разделились, большая часть членов Ко­миссии подтвердила новизну минерала, остальные рекомендовали провести определение параметров элементарной ячейки, чтобы установить его индивидуальность, а также провести дополнительные исследования.

Вскоре, после поездки в Москву, тинаксит был опубликован.

В те годы в минералогической литературе широко обсуждался вопрос, как лучше называть минералы. Большинство ученых считали, что в названии следует учитывать химический состав. Вместе с другими новыми минералами обсуждалось и название «тинаксит». По мнению одних ученых, название «тинаксит» полурациональное, т. к. в слове под буквой «к» — подразумеваются сразу два элемента - кальций и калий, - поэтому точнее было бы его назвать «тинакалькасилит». В дискуссии участвовали и зарубежные ученые. Они подсчитали, что в новом названии появилось уже 15 букв и высказались за название «тинак­сит», так как оно звучит на английском и других языках лучше.

Как только в минералогических журналах появляется описание нового минерала, все исследователи внимательно анализируют условия его образова­ния и стараются в сходной геологической обстановке, но в других частях зем­ного шара найти, подобный минерал. Так получилось и с тинакситом. Он был опубликован в Докладах Академии наук в 1965 году, а уже в 1972 году появи­лось сообщение, что Майя Николаевна Соколова, минералог, занимающаяся многие годы минералами щелочных массивов Кольского полуострова, обна­ружила в них тинаксит. Было приятно узнать, что новый минерал встречен в другом месте. Внешне он отличается от мурунского тинаксита розовым цве­том, за счет более высокого содержания в нем марганца. Если бы примесь марганца существенно изменила структуру минерала или его свойства, то его можно было бы отнести к новой разновидности тинаксита. Тщательное из­учение физических, оптических свойств минерала, его структуры показало, что он не отличается от мурунского тинаксита.

А работа с сиреневым минералом продолжалась. Партия успешно вы­полнила задание, закончила поиски урана на Муруне в 1963 году, и мы разъ­ехались в новые районы все начинать сначала: строить поселок, аэродром, искать, разведывать, изучать новые месторождения.

За такой короткий срок, всего 3 года, нельзя изучить и описать сложные и редкие минералы, которые я встретила на Муруне. В это время не было у нас таких приборов, как микроанализаторы, с помощью которых в одном зерне ми­нерала размером 1 мм и менее, можно получить его состав, поэтому первые из­ученные мною минералы пришлось отбирать под бинокуляром по зернышку в количестве одного грамма на химический анализ, не менее 100 миллиграмм - на химический анализ в ВИМС'е. Коллекция пород, минералов и урановых руд, которые требовали дальнейшего изучения, была упакована в 15 ящиках из под взрывчатки и осенью отправлена в Иркутск для дальнейшей работы.

Музей оказался на ремонте, и ее временно поместили на склад. А весной все 15 ящиков с образцами бесследно исчезли. У меня остались только несколько образцов сиреневого минерала, с которыми я работала. Провела дополнитель­ные исследования, результаты их включила в новое описание и снова в очеред­ной отпуск поехала в Москву, передала Комиссии по новым минералам еще один вариант описания. Снова мнения разделились. Большая часть членов Ко­миссии считали, что минерал необходимо утвердить, другая часть предлагала утвердть минерал только после определения параметров элементарной ячейки.

Параметры элементарной ячейки минералов определяют физики. Для нового минерала, да еще тонковолокнистого строения, это сделать трудно. Обратилась с просьбой к физикам одного из московских институ­тов, которые постоянно занимаются этим видом исследования. Отпуск кон­чился, оставила им материал и уехала домой. Ждала результаты год, наконец физики сообщили, что из-за тонкоагрегатного строения параметры элемен­тарной ячейки они определить не могут.

Новая работа полностью захватила меня. С трудом выбрала немного времени, чтобы оформить исследования по мурунскому материалу и защитить диссертацию на звание кандидата геолого-минералогических наук.

В диссертации основное внимание было уделено пространственному размещению урановых и ториевых минералов в пределах рудного поля, а также приведено описание первых находок золота в кварце (метасоматическом и прожилковом), первых находок стронцианита, которые были от­мечены на картах (в данное время стронцианитовые метасоматиты нашли свое применение в промышленности и эксплуатируются).

Наша партия проводила поиски только в пределах массива, а когда нача­ли эксплуатировать чароитовое месторождение в канавах была обнаружена урановая минерализация в древних породах, отличная по составу от той, которую изучали в пределах массива, поэтому есть возможность вернуться к по­искам урановых месторождений в породах, вмещающих Мурунский массив.

Необходимо отметить также, что природа «пощадила» месторождение чароита и в его пределах нет урановых зон, только в краевых частях иногда появляются точки (менее 1 мм) стисиита — редкого минерала, содержащего торий, но такие образцы, содержащие торий, проверяются радиометром и в продажу не поступают.

На Мурунском массиве работала в минералогической лаборатории одна, вместе со своей помощницей — лаборанткой Катей (Екатериной Степановной Федоровой). В новой партии было значительно легче, так как мне помогал мой брат, Герман Кизияров, тоже геолог-минералог. Пока я была в командировке в Иркутске, он нашел интересный урановый минерал. Мы проверили и уста­новили, что он новый. Его также необходимо было описать. Трудность заклю­чалась в том, что в нем были рассеяны пылевидные скопления других минера­лов. Необходимо было найти прозрачные образцы нового минерала. Мы поч­ти ежедневно ходили в горные выработки, тщательно просматривали матери­ал проб, надеясь найти то, что нам нужно. Лето прошло безрезультатно. Пере­брали массу образцов, обратились за помощью к геологам, все дружно искали, приносили нам куски этого минерала, но везде он был с примесями. Я уже от­чаялась и потеряла всякую надежду. Очередную партию образцов, которые мы отобрали с Германом в горных выработках, я уже просматривала под бинокуляром после рабочего дня, не надеясь что-либо найти. Вот и последний не­большой обломок породы, всего 2x3 см, его можно было и пропустить при от­боре образцов. С виду кусок ничем не отличался от прочих. Когда мы отбира­ли его в горной выработке, то не обратили на него особого внимания. Обычно еще при отборе образцов мы делили их на 3 категории - по степени возмож­ности встретить чистый минерал — образцы первой, второй и третьей очереди. В соответствии с очередностью они просматривались и изучались, так этот последний кусок попал в образцы третьей очереди, поэтому он и исследовал­ся последним. В нем оказалось сразу четыре новых урановых минерала — совершенно прозрачные и чистые, и среди них был обнаружен минерал, который мы тщетно искали все лето. Радость была необыкновенной. Все необходимые ис­следования подтвердили новизну минералов, и они были представлены для утвер­ждения. Комиссия по новым минералам и названиям минералов Международной минералогической ассоциации утвердила сразу три минерала: баураноит, калыгураноит, матакальцураноит после первого представления. Четвертый минерал был назван в честь французкого химика Прота, который впервые в лаборатории полу­чил минерал подобного состава. Этот минерал мы назвали протаситом. Нам необходимо было получить разрешение на использование фамилии химика в названии нового минерала. Тогда нам было запрещено общение с учеными других стран. Из-за этого произошла задержка в утверждении минерала. А в это время на место­рождение прибыл аспирант с Украины, который по заданию зарубежных ученых отобрал эти минералы и передал им. Вскоре вышла статья о находке нового мине­рала подобного состава и названия, а также указано, что авторы сравнивали этот минерал с тремя минералами открытыми В.П. Роговой.

Открытие четырех минералов вдохновило, хотелось также успешно закончить работу над сиреневым камнем, полированные образцы которого стояли на книжной полке, как живой упрек, ежедневно напоминая о недоделанной, незаконченной работе. Своеобразие их привлекало внимание всех наших друзей и товарищей по работе, все единодушно удивлялись и восхищались его сказочной красотой, неповторимыми оттенками цвета с резкими и постепенными переходами от темно-сиреневых до нежно-сире­невых тонов, и не раз возникала мысль о возможном использовании его как ювелирно-поделочного камня. Такой же примерно разговор произошел и с бывшим нашим товарищем по работе, Л. Н. Морковкиным, который в то время занимал должность заместителя начальника экспедиции № 123, производственного объединения «Байкалкварцсамоцветы».

В том, что этот камень ювелирный, никто не сомневался, но сколько там его на Муруне, точно не известно. Необходимо было также показать представителям экспедиции № 123 место находки и посмотреть, можно ли организо­вать добычу и поиски новых участков. Л. Н. - Морковкин устроил поездку на Мурун. Ю. Г. Рогов взял свой очередной отпуск и вместе с геологом экспеди­ции №123 Ю. А. Алексеевым отправились на Мурунские гольцы к Дитмаровскому ручью. Пробыли там несколько дней, подтвердили наличие многочис­ленных глыб на поверхности, обнаружили выходы коренных пород. Эти данные позволили доказать целесообразность проведения поисково-оценоч­ных и затем добычных работ сиреневого камня на Муруне.

Первые изделия из камня — вазы — привлекли внимание на междуна­родном рынке, а сам минерал и его название еще не были утверждены. В соответствии с решением Комиссии по новым минералам и названиям минералов Международной минералогической ассоциации, новые назва­ния минералам даются только после утверждения их Комиссией.

При публикации статьи о тинаксите необходимо было указать, какие минералы ему сопутствуют. Так как по составу сиреневый минерал близок канаситу и находится с ним в одной группе, то его предварительно пришлось на­звать канаситом, чтобы не задерживать статью с публикацией тинаксита. По­этому первые изделия из сиреневого камня назывались изделиями из канасита. Необходимо было срочно дать ему новое, свое название. Долго обсуждала в лаборатории с товарищами по работе, как лучше его назвать, предлагались десятки разнообразных географических названий, ближайших гор, рек, озер. Ассоциация названия реки Чары и слова «чарующий» взяли верх. Очевидно, и реку Чару назвал человек, очарованный ей. Посоветовалась со своими минералогами, всем название чараит понравилось. Единственное замечание было, что река Чара находится далековато, в 30 км от месторождения. Но ведь, случается, минералоги называют минерал в честь своей страны, хотя место находки его на другом континенте и в другой стране. И сейчас меня многие спрашивают, имела ли я в виду слова «очарованье», «чарующий», когда называла минерал. Да, имела. Так мы его и обсуждали на работе, как чарующий камень с реки Чары. Название дано, но надо, чтобы его утвердили, а пока сиреневый камень называется «канасит», но он «новый» и «беззащитный» минерал. Любой минералог за рубежом, заинтересовавшись им, проанализирует его и может дать ему любое название, даже в честь своей страны. Надо торопиться с его утверждением!

На очередном съезде Всесоюзного минералогического общества, кото­рый проходил в Ленинграде, где мне вручали дипломы за открытые нами три минерала, мы беседовали с председателем Советской комиссии по но­вым минералам профессором В. А. Франк-Каменецким. Я рассказала ему об обстоятельствах, которые создались в связи с покупкой иностранцами ваз из сиреневого камня. Виктор Альбертович также был обеспокоен всем этим и посоветовал обратиться к В. А. Дрицу, бывшему иркутянину, кото­рый работает в настоящее время в институте геологии в Москве, занимает­ся исследованиями мелкоагрегатных слоистых минералов под электронным микроскопом. Я передала В. А. Дрицу минерал, первые же исследования его под электронным микроскопом еще раз подтвердили новизну минерала.

В. А. Франк-Каменецкий отправил в Токио председателю Международ­ной комиссии по новым минералам А. Като приоритетную заявку об откры­тии нового минерала - чараита. В ответном письме А. Като согласился, что минерал, очевидно, новый. Замечаний к минералу нет, а в названии он рекомендует заменить букву «а» на букву «о», так как название чараит на анг­лийском языке созвучно с названием другого минерала - чералита. Я согла­силась переменить в названии букву «а» на букву «о». Таким образом, минерал стал называться не чараит, а чароит. Впоследствии это привело к тому, что во многих иностранных справочниках было указано, что чароит найден на реке Чаро.

Данные об элементарной ячейке минерала были уже получены, и мы готовили описание минерала, чтобы представить его на окончательное утвер­ждение Советской и Международной комиссиям. В это время Международ­ная комиссия по новым минералам отправила на рассмотрение в Комиссии всех стран, в том числе и в Советскую, новый минерал мореландит, откры­тый американским минералогом П. Данном, было сообщено, что минерал из Якутии. Химический состав минерала полностью соответствовал чарои­ту. Других данных по минералу сделано не было.

В. А. Франк-Каменецкий написал в Токио протест председателю Международной комиссии А. Като, и сообщил, что этот минерал найден в Советском Союзе давно, описан более полно и приоритетная заявка в Международную комиссию отправлена год назад.

В своем ответе А. Като сообщил, что произошла неумышленная ошиб­ка по его вине, он забыл о приоритетной заявке, просит его извинить и об­ратился к Комиссиям по новым минералам не рассматривать мореландит как новый минерал, а голосовать за чароит.

Комиссии по новым минералам всех стран проголосовали за чароит. Окончательное утверждение минерала и его названия произошло 22 июня 1977 года. Результаты голосования сразу же стали известны П. Данну, и он отправил 24 июня 1977 года поздравление с открытием нового минерала и выслал данные о его составе для того, чтобы я могла сравнить свои и его анализы. Сообщил также, что он хотел дать ему название мореландит в честь одного из своих коллег в институте Смитсона в Вашингтоне.

Для того, чтобы назвать минерал чьим-то именем, минералог обязан про­сить разрешение. В связи с тем, что открытие не состоялось, П. Данн попал в неловкое положение, из которого с честью вышел: он назвал другой свой новый минерал - арсенат бария - мореландитом, который был утвержден.

Сама чароитовая порода и Мурунский массив являются уникальными явлениями природы. Они будут еще долго изучаться новыми поколениями геологов, минералогов, будут найдены еще десятки новых минералов. Зачастую найденные минералы не образуют больших масс, а встречаются в виде тон­ких, неприметных, на первый взгляд, включений, корочек, примазок. Их можно случайно обнаружить в каком-либо одном образце и не найти в сотнях последующих. Каждый образец по-своему уникальный. Повезло М.Н. Доб­ровольской - минералогу из института минералогии, петрографии в Москве: она в подаренном ей образце чароита нашла мельчайшие скопления нового минерала сульфида меди, который назвала по месту находки мурунитом. Ис­следованием тончайших сульфидов в моих образцах чароита с применением новейшей аппаратуры был установлен сульфид меди и хрома, который мы по­ка с М. Н. Добровольской не назвали, изучение его продолжается. И раньше и теперь устанавливаются редкие минералы - находка которых известна в двух-трех местах на земном шаре. В чароитовой породе были обнаружены

правильной формы включения серого минерала, образующего иногда звездчатые агрегаты. Каково же было мое изумление, когда я установила, что это минерал по составу близок к канаситу. Он найден пока только на Кольском полуострове и на Муруне. Хибинский канасит имеет желтый цвет, мурунский отличается цветом и содержанием воды и стронция, которые могли изменить его структуру и тогда он может оказаться новым минералом.

У меня было большое желание отдать его на исследование В.Г. Дрицу, но в это время он был занят изучением чароита, поэтому исследования мине­рала пришлось отложить. Вскоре я получила предложение от американского ученого, который как и В.Г.Дриц, исследовал минералы на электронном микроскопе. Образцы были переданы через посредника. Я не знаю дошли ли они до цели, но результатов исследований я не получила. В это же время 20 лет этот минерал исследовала физик Л.В.Никишова в Якутске и установи­ла, что он действительно новый минерал. Его назвали франкаменитом, в честь В.А. Франк-Каменецкого, известного кристаллографа, председателя Комиссии по новым минералам (1915-1994). Таким образом, мы имеем три минерала, разные по структуре, но близкие по составу: это канасит, чароит и франкаменит, последние два встречаются на одном месторождении.

В процессе дальнейшего изучения чароититов был установлен факт присутствия в них еще одного ранее неизвестного минерала, близкого по облику тинакситу, но отличающегося от него по химическому составу. В частности, содержание в нем титана значительно меньше. Минерал характе­ризуется серебристо-коричневой окраской, что с фиолетовой окраской чароита дает поразительно красивый эффект. По месту находки минерал получил название токкоит по второй реке Чаро-Токкинского междуречья -Токко, на котором располагается месторождение этого удивительного камня [1]. Минерал открыт К.А. Лазебник и др. в 1986 г.

Если вопрос о минеральном составе чароититов можно считать практичес­ки решенным, хотя, конечно, не исключена возможность нахождения в них и еще каких-либо новых минералов, то вопрос о том, как образовались эти ред­кие породы, до сих пор остается открытым. Решение его имеет первостепенную важность, так как только знание процесса образования позволит геологам знать возможны ли вообще случаи нахождения аналогичных по составу и облику пород в других регионах мира. Большинство специалистов, изучающих чароититы, придерживаются метасоматической точки зрения на их генезис. Но не исключено, что в данном случае геологи столкнулись с неизвестным процес­сом, который ранее не попадал в их поле зрения и еще ждет своего объяснения. В заключение нельзя не сказать о характере добычи чароититов. Процесс этот весьма трудоемкий, что в значительной степени объясняется невозможностью активного применения механизмов, что связано с географической отдаленнос­тью и труднодоступностыо объекта. Крутизна склонов на месторождении в ря­де случаев достигает 30° и более. Но самая большая сложность заключалась в том, что при добыче чароититов нельзя было применять взрывы, которые приводят к появлению в сырье микротрещин, исключающих последующую распиловку камня на тонкие пластины, необходимые для производства заго­товок камня для различного рода изделий. В настоящее время эта задача прак­тически решена: теперь для разламывания камня используют порошки, силь­но изменяющиеся в объеме при соприкосновении с водой. Ими заполняют минискважины (шпуры), что в итоге и приводит к его разламыванию. Благо­даря этому процессу в камнерезные цеха попадают глыбы массой уже менее 100-200 кг, которые могут быть распилены на различные по размерам блоки, пригодные для дальнейшей обработки. 

Таблица 1 Классификация природных типов и разновидностей чароититов (Смирнов и др. 2004)

Природный тип

Основные разновидности

Морфологический тип агрегатов (размеры)

Характеристика рисунка

Сливной

Массивная Полосчатая Пятнистая

Тонко игольчатые (сотые и десятые доли мм)

Чаще отсутствует ли­бо создается выделе­ниями других минера­лов - «солнца» эгирина, тинаксита

Волокнистый

Спутанно-волокнистая Полосчато-волокнистая Чешуйчато-волокнистая Волокнисто-зернистая Спутанно-игольчатая

Волокнистый (от первых мм до 1-3 см)

Создается разновели­кими разноориенти-рованными волокна­ми или пучками волокон чароита

Плойчатый

Волнистая. Гофрированная

Волокнистый (от первых мм до 1-5 см)

Образован микро­складками чароита

Паркетовидный

Мелко-лейстовая Крупно-лейстовая Гитанто-лейстовая Волокнисто-пластинчатая

Пластинчатый (от 0,2 до 10-12 см)

Красивый мозаичный рисунок за счет законо­мерного срастания лейст (пластинок) чароита

Розетковндный

Сферолитовая Метельчато-лучистая

Радиально лучистый (диаметром 0,5-5 см)

Оригинальный «звезд­чатый» рисунок, обра­зованный радиально-лучистыми сростками или сегментами сфе-ролитов чароита

Параллельно-шестоватый

Параллельно-волокнистая Сноповидная

Дииннопризматический (от I до 10 см)

Ориентированный, полосчатый с интен­сивной игрой света

Очковый

Мелко-очковая Крупно-очковая Очково-плойчатая

Волокнистый, пластинчатый, тонкоигольчатый (от первых мм и до 3-4 см)

Образован овоидами микроклина, кварца, радиально-лучистьши сростками эгирина, тинаксита

По данным Соболевой Т. В. и других. Уникальность месторождения «Сиреневый камень» не ограничивается наличием ювелирно-поделочного чароита. Месторождение или Мурунское чароитоносное поле (МЧП) является крупнейшим потенциальным источником коллекционного сырья. По ценности и масштабам распространенности коллекционного материала данный регион предлагается ранжировать как новый минералогический объект России Национального значения.

По данным Джаспера Стоуна «Не удивительно, что благодаря своей уникальности и красивой окраске чароит быстро стал не только одним из популярных ювелирно-поделочных камней России, но и успел приобрести международное признание. Из чароита делаются украшения для представителей элиты бизнеса и искусства. Чароит - редкий камень на международ­ном рынке драгоценных камней, поэтому ценится очень высоко.

Из чароита делают вазы, шкатулки, настольные украшения, декоратив­ные панно, кольца, браслеты и кулоны. Любопытно, что на международных кинофестивалях 1979-1980 гг. призы для победителей главных конкурсов были выполнены именно из чароита.

Лимит, установленный правительством Якутии, ограничивает добычу чароита 100 тоннами в год. Поскольку при этом спрос намного превышает пред­ложение, стоимость изделий из чароита может быть высока по сравнению с аналогичными украшениями с использованием других поделочных камней.

Килограмм необработанного чароита в зависимости от окраски оценива­ется в 30-150 долларов. Цена же на перстень или серьги из чароита может доходить до 25-30 долларов. Стоимость чароитовых бусин в среднем составляет 5 долларов за грамм. Настольные часы из чароита стоят минимум 1000 долларов. Ваза же из чароита высотой 30 см в зависимости от сорта и цвета камня на международном аукционе может стоить от 12 до 16 тысяч долларов.

Отполированные чароиты рекомендуется оправлять в серебро или золо­то. Чароитовые кольца и перстни советуют носить на безымянном пальце правой руки».

При изучении минерального состава руд и околорудных изменений на месторождениях Стрельцовского рудного поля я обратила внимание на гидрослюду, которая по своим оптическим свойствам отличалась от обычной гидрослюды. Отправила её во ВСЕГЕИ на детальное рентгеноструктурное исследование, где определили, что это не совсем обычная гидрослюда, а смешанослойныи минерал гидрослюда - монтмориллонит, который недавно был от­крыт. Оказалось что этот минерал сопровождает образование не только мезозойских урановых, но и золотых руд (Балейское рудное поле). Проведенное коллективом минералогов «Сосновгеологии» минералогическое картирование с применением дифрактометрии впадин и вулканоструктур Забайкалья и Вос­точной Монголии, позволило выявить локальную и региональную зональность в размещении дорудных и рудосопровождающих минеральных ассоциаций.

Результаты минералогических исследований, проведенных в Забайка­лье и Восточной Монголии, обобщены в докторской диссертации.

Я благодарна всем сотрудникам «Сосновгеологии», которые помогали мне в моей работе.

 

Литература

1.   Лазебник К.А. Никишова Л.В., Лазебник Ю.Д. Токкоит - новый минерал чароитов. Минералогич, журн. 1986. № 3. с. 85-89.

2.   Никишова Л.В. и др. Франкаменит Кз№зСа5(8тОзо)Рз(ОН)Н20 — новый минерал триклинный аналог канасита из чароититов. Зап. ВМО. 1996. - Вып. 2 - с. 106-107

3.   Рогова В.П., Рогов Ю.Г., Дриц В.А., Кузнецова Н.И. Чароит — новый минерал и новый ювелирно-поделочный камень. Зап. ВМО, 1978, ч. 107, вып. 1.

4.   Рогова В.П. Псевдолейцитовые породы Мурунского щелочного массива. Докл. АН СССР. Т. 169. № 2. 1966. с. 445-448.

5.   Рогова В.П., Сидоренко Г.А., Кузнецова Н.Н. О находке баристого франсевиллита. Зап. ВМО. 1966. Вып. 4.

6.   Рогов Ю.Г.,  Рогова В.П.,  Воронков А.А.,  Молева В.А. Тинаксит Na2Ca2TiSiyOi9OH - новый минерал. Докл. АН СССР, т. 162, № 3. 1965. с.658-662.

7.   Рогова В.П. О соотношении ториевой и урановой минерализации в ториево-урановых рудопроявлениях, парагенетически связанных со щелочными интрузиями. В кн. «Геология и вопросы генезиса эндоген­ных урановых месторождений». М., «Наука», 1968. с. 319-333.

8.   Рогова В.П., Белова Л.Н., Кизияров Г.П., Кузнецова Н.Н. Баураноит и метакальцураноит - новые минералы из группы гидроокислов урана. Зап. ВМО. 1973. Вып. 1.

9.   Рогова В.П., Белова Л.Н., Кизияров Г.П., Кузнецова Н.Н. Кальцураноит -новый гидроокисел урана. Зап. ВМО. 1974. Вып. 1. с. 108-109.

10. Рогова В.П. Условия образования чароитовой породы нового ювелирно-поделочного камня. В сб. «Самоцветы» (Материалы IX съезда Международной минералогической ассоциации). Л., «Наука», 1980.

11. Смирнов А.А., Соболева Т.В. Ювелирно-поделочный чароит - один из уникальнейших самоцветов России. Разведка и охрана недр. № 1, 2004, с. 6-11

12. Джаспер Стоун. Все о драгоценных камнях. С-Петерб. 2005. Кристалл. М. ОНИКС, с. 150-151